Hadeeth Cards
Da'wa cards that highlight great meanings from the noble prophetic hadiths in a simple style and attractive display that helps the Muslim to have a deeper understanding of his religion in an easy way
All
Абу Хурайра и Зейд ибн Халид аль-Джухани (да будет доволен Аллах ими обоими) передают: «Как-то человек из числа бедуинов пришёл к Посланнику Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) и сказал: “О Посланник Аллаха, рассуди нас согласно Книге Аллаха!” Его оппонент, который был более просвещённым в вопросах религии, сказал: “Да, рассуди нас согласно Книге Аллаха и позволь мне [говорить первым]”. Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сказал: “Говори”. Тот сказал: “Поистине, мой сын был наёмным работником у этого человека и совершил прелюбодеяние с его женой. И, поистине, мне сказали, что за это моего сына следует подвергнуть побиванию камнями, но я отдал сто овец и рабыню в качестве выкупа за него. А потом я спросил об этом обладающих знанием, и они сказали мне, что мой сын должен получить сто ударов и отправиться в изгнание на год, а побить камнями следует женщину”. Тогда Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: “Клянусь Тем, в Чьей руке моя душа, я обязательно рассужу вас согласно Книге Аллаха! Рабыня и овцы должны быть возвращены тебе. Твой сын должен получить сто ударов и отправиться в изгнание на год”. И он сказал человеку из Асляма: “О Унайс, пойди к этой женщине и, если она признается, то побей её камнями”. Он пошёл к ней, и она призналась и по велению Посланника Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) она была побита камнями».
Согласован Аль-Бухари и Муслимом
Из хадиса следует, что этот человек был наёмным работником у другого человека и совершил прелюбодеяние с его женой. Отец совершившего прелюбодеяния услышал, что всякий прелюбодей подлежит побиванию камнями. И тогда он отдал мужу той женщины сто овец и рабыню в качестве выкупа за сына. Но потом он спросил кого-то из обладающих знанием и ему сказали, что его сын не подлежит побиванию камнями: женщину надлежало побить камнями, а его сыну нанести сто ударов и отправить в изгнание на год. Поэтому муж прелюбодейки и отец прелюбодея отправились к Посланнику Аллаха (мир ему и благословение Аллаха), чтобы он вынес рншение по их делу в соответствии с Книгой Аллаха. И Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) велел вернуть сто овец и рабыню отцу прелюбодея и сообщил ему, что его сыну полагается сто ударов и изгнание на год, потому что он ещё не вступал в брак. И он велел спросить прелюбодейку и если та признается, побить её камнями. И она призналась в преступлении и была побита камнями, потому что она состояла в браке.
Абдуллах ибн Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен Аллах им и его отцом) передал: «Иногда Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) проводил с нами молитву, совершаемую при страхе. Сначала одна группа бойцов находилась с ним, а другая противостояла врагу. Он совершал один ракят с теми, кто был с ним, после чего они покидали это место. На смену им приходили другие, с которыми он также совершал один ракят, а потом каждый боец из этих двух групп возмещал по одному ракяту».
Согласован Аль-Бухари и Муслимом
Во время некоторых походов против многобожников Пророк (мир ему и благословение Аллаха) проводил со своими сподвижниками молитву, совершаемую при страхе. Когда мусульмане сталкивались со своими врагами из числа неверующих и опасались нападения с их стороны во время совершения молитвы, причём противник находился не по направлению к кибле, Пророк (мир ему и благословение Аллаха) разделял сподвижников на две группы: один отряд бойцов молился вместе с ним, а другой противостоял врагу и охранял молящихся. Он совершал один ракят с первой группой, после чего эти бойцы, не выходя из состояния молитвы, становились напротив врага, а им на смену приходила вторая группа, которая ещё не молилась. Пророк (мир ему и благословение Аллаха) совершал с ней один ракят, после чего произносил слова приветствия, завершающие намаз. Однако бойцы второй группы продолжали молитву. Они вставали после первого ракята и завершали оставшийся ракят, после чего отправлялись в охранение. Им на смену приходили бойцы первого отряда и также завершали оставшийся ракят. Таково описание молитвы, совершаемой при страхе, которое передано в Сунне. Цель этой молитвы состоит в том, чтобы, как выразился Ибн ‘Аббас (да будет доволен Аллах им и его отцом) «все люди совершили молитву, и при этом одни из них охраняли других» (аль-Бухари).
Аз-Зубайр ибн аль-‘Аввам передаёт, что он был женат на Умм Кульсум бинт ‘Укбе, и она сказала ему, будучи беременной: «Ублажи душу мою, дав мне один развод». И он дал ей один развод. Потом он ушёл на молитву, а когда вернулся, оказалось, что она уже родила. Он воскликнул: «Что же это? Она обманула меня, да обманет её Аллах!» Потом он пошёл к Пророку (мир ему и благословение Аллаха), и тот сказал ему: «Случилось то, чему суждено было случиться… Сватайся к ней, [если пожелаешь]».
передал Ибн Маджа
Аз-Зубайр ибн аль-‘Аввам был женат на Умм Кульсум бинт ‘Укбе, и она сказала ему, будучи беременной: «Ублажи душу мою, дав мне один развод». То есть доставь мне радость, дав мне единственный развод. Судя по всему, она не любила его и хотела освободиться от брачного союза с ним. И он дал ей один развод. Потом он ушёл на молитву, а когда вернулся, оказалось, что она уже родила. Он воскликнул: “Что же это? Она обманула меня, да обманет её Аллах!” Обман относится к качествам Аллаха, предполагающим действие, однако о Нём нельзя утверждать, что это качество вообще присуще Ему: оно присуще Ему лишь как нечто, совершаемое в ответ. Говорят, что Аллах обманывает того, кто обманывает Его, как в случае с лицемерами и теми, кто строит козни верующим, и в других подобных случаях. И нельзя истолковывать это, утверждая, что аз-Зубайр имел в виду: «Да воздаст ей Аллах за её обман!». Мы обязаны утверждать это качество, как утверждаем остальные качества Всевышнего Аллаха, без искажения, отрицания, попыток проникнуть в суть их и уподобления творениям. Потом он пошёл к Пророку (мир ему и благословение Аллаха) и сообщил ему о том, что произошло между ним и его женой, и Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сказал ему: «Случилось то, чему суждено было случиться…» То есть её ‘идда — срок, в течение которого он имел право вернуть её, — закончилась раньше, чем он предполагал, и развод дан. Затем Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Сватайся к ней, [если пожелаешь]». То есть будь одним из тех, кто посватается к ней, а просто так ты не имеешь права её вернуть, поскольку её ‘идда уже закончилась.
Абу Хурайра (да будет доволен им Аллах) передаёт: «Поднимая голову после последнего поясного поклона, Пророк (мир ему и благословение Аллаха) говорил: “О Аллах, спаси Айяша ибн Рабиа! О Аллах, спаси Саляму ибн Хишама! О Аллах, спаси аль-Валида ибн аль-Валида! О Аллах, спаси слабых из числа верующих! О Аллах, будь суров с племенем Мудар! О Аллах, сделай так, чтобы их постигли голодные годы, как во времена Юсуфа!” И Пророк (мир ему и благословение Аллаха) говорил: “Да простит Аллах племени Гифар, и да пошлёт Аллах мир племени Аслям!”». Ибн Абу аз-Зинад сказал, передавая от своего отца, что всё это Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) говорил во время молитвы-фаджр.
Согласован Аль-Бухари и Муслимом
Поднимая голову после последнего поясного поклона молитвы-фаджр, Пророк (мир ему и благословение Аллаха) говорил: «О Аллах, спаси Айяша ибн Рабиа! О Аллах, спаси Саляму ибн Хишама! О Аллах, спаси аль-Валида ибн аль-Валида! О Аллах, спаси слабых из числа верующих!» Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) обращался к Аллаху с мольбами за этих сподвижников, прося для них спасения и избавления от мучений, поскольку они были в плену у мекканских язычников. Айяш ибн Рабиа был братом Абу Джахля по матери, и Абу Джахль держал его в заточении в Мекке. Саляма ибн Хишам также был братом Абу Джахля, рано принявшим ислам, и его мучили, пытаясь заставить его отречься от религии Аллаха, и не давали ему переселяться. А аль-Валид ибн аль-Валид был братом Халида ибн аль-Валида, и его тоже держали в Мекке, но позже ему удалось сбежать от них. Затем Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) говорил: «О Аллах, будь суров с племенем Мудар! О Аллах, сделай так, чтобы их постигли голодные годы, как во времена Юсуфа!» То есть: о Аллах, покарай самым суровым образом неверующих курайшитов, которые принадлежат к племени Мудар, и пусть их наказанием станут семь или более засушливых и голодных лет, подобных годам, которые были во времена пророка Юсуфа (мир ему). Употреблено слово «ватаа», обозначающее «наступать ногой», и можно было бы предположить, что речь идёт об одном из качеств Аллаха, однако никто из наших праведных предшественников и мусульманских учёных не считал, что речь идёт о качестве Всемогущего и Великого Аллаха. Таким образом, это слово надлежит понимать как указание на суровость наказания, и к Аллаху оно относится в качестве Его действия и как нечто предопределённое Им. А Аллаху об этом известно лучше. Затем Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) говорил: «Да простит Аллах племени Гифар». Это могло быть испрашиванием для них прощения, но могло быть и сообщением о том, что Всевышний Аллах простил им. «и да пошлёт Аллах мир племени Аслям». Это могла быть мольба о даровании мира аслямитам и о том, чтобы Он не повелел воевать с ними, а могло быть и сообщение о том, что Аллах уже даровал им мир и не повелит сражаться с ними. Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) обращался к Аллаху с мольбами именно за представителей этих двух племён, потому что гифариты рано приняли ислам, а аслямиты жили в мире с Пророком (мир ему и благословение Аллаха). Ибн Абу аз-Зинад сказал, передавая от своего отца, что всё это Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) говорил во время молитвы-фаджр. То есть передав всё сказанное Пророком (мир ему и благословение Аллаха) от своего отца, он пояснил, что эти слова Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) произносил во время молитвы-фаджр.
Сообщается, что аль-'Алия бинт Субай' рассказывала: «У меня были овцы, [пасшиеся] на Ухуде, среди которых начался мор. Я пришла к Маймуне — жене Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) — и рассказала ей об этом. Она сказала мне: "А почему бы тебе не взять их шкуры и не использовать их?" Я спросила: "А разве это разрешено?" [Маймуна] сказала: "Да. [Как-то раз] мимо Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) проходили люди из числа курайшитов и волокли за собой принадлежавшую им овцу подобно ослу. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: "Почему бы вам не взять ее шкуру?" — на что они ответили: "Она дохлая!" Тогда Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: "Очищает ее вода и семена акации"».
передал Абу Давуд - Передал Ахмад
В этом предании аль-'Алия бинт Субай' поведала о том, что у нее были овцы, которые из-за болезни или по каким-то другим причинам начали повально умирать. Поделиться этой проблемой она отправилась к Маймуне (да будет доволен ею Аллах), и та посоветовала ей воспользоваться шкурами подохших овец. Аль-'Алия спросила: «А разве можно пользоваться шкурами дохлых животных?» Маймуна ответила, что можно, и в качестве подтверждения своих слов привела похожую историю, имевшую место при жизни Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Суть этой истории заключается в том, что однажды некие курайшиты проходили мимо Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), волоча за собой дохлую овцу, подобно тому, как волокут тушу дохлого осла, чтобы избавиться от него. (Также не исключено, что упомянутое сходство с ослом заключалось в тучности этой овцы). Увидев это, Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал этим людям: «Почему бы вам не использовать ее, вместо того чтобы выбрасывать?» — на что они ответили: «Она дохлая». Вероятно, они подумали, что Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) не знал, что она мертвая, тогда как им было известно, что дохлое животное является мертвечиной, и все его части запрещены по причине ее ритуальной скверны. Однако Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) поведал им, что шкуру этой овцы можно выдубить при помощи воды и семян акации, что сделает ее ритуально чистой.
Со слов Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах) сообщается, что когда чаша Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) раскололась, он скрепил ее в месте трещины цепочкой из серебра.
Передал аль-Бухари
У Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) был сосуд, из которого он обычно пил воду, и когда он раскололся, он взял серебряную цепочку и скрепил ею две половинки сосуда между собой.
[Амр] ибн Хариджа (да будет доволен им Аллах) передаёт: «Пророк (мир ему и благословение Аллаха) обращался к людям с проповедью, сидя на своей верблюдице, и я стоял под её головой, и она пережёвывала свою пищу, и её слюна текла между моих лопаток. И я слышал, как [Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха)] сказал: «Поистине, Аллах наделил правом каждого обладающего правом, и не разрешается завещать что-либо наследнику. И ребёнок причисляется к постели, а прелюбодею — камень. И кто называет себя сыном не своего отца или относит себя не к своим покровителям, не желая иметь к ним отношения, на того ляжет проклятие Аллаха, и Аллах не примет от него ни обязательного, ни дополнительного».
передал Ибн Маджа - Передал ат-Тирмизи - Передал Ахмад
Амр ибн Хариджа (да будет доволен им Аллах) рассказывает, что он был вместе с Пророком (мир ему и благословение Аллаха), вблизи от него, и Пророк (мир ему и благословение Аллаха) обратился к людям с проповедью, сидя на своей верблюдице, и слюна её текла между лопаток Амра. И он упомянул, что Пророк (мир ему и благословение Аллаха) разъяснил в этой своей проповеди некоторые нормы Шариата. В том числе он сказал, что Аллах определил право каждого обладающего правом и оговорил его долю, которая предназначена для него. И не может быть завещания какого-либо имущества тому, кто и так является наследником. Затем он разъяснил, что ребёнок относится к постели, то есть считается сыном того, на чьей постели он рождён, будь то муж в случае со свободной женщиной или господин в случае с невольницей, а прелюбодею нет в фамильной принадлежности ребёнка никакой доли, и его ждёт лишь неудача и установленное Шариатом наказание. Затем Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) разъяснил, что запрещается человеку называть себя сыном не своего отца, и не разрешается вольноотпущеннику относить себя не к своим настоящим покровителям, которые отпустили его на свободу. И он разъяснил, что если человек называет себя сыном не своего отца, зная, что это не его отец, или относит себя не к своим покровителям, то на него ляжет проклятие Всевышнего Аллаха, и Он не примет от него ни обязательного, ни дополнительного.
Му‘авия ибн Абу Суфьян (да будет доволен им Аллах) передаёт, что Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Поистине, [бодрствующие] глаза — [словно] завязка для заднего прохода, и когда глаза засыпают, завязка ослабевает».
Передал Ахмад - Передал ад-Дарими
Смысл хадиса таков. «Поистине, [бодрствующие] глаза — [словно] завязка для заднего прохода», то есть глаза человека в состоянии бодрствования как будто оберегают задний проход, не давая ничему выходить из него, а если что-то выйдет, то человек сразу чувствует. «...И когда глаза засыпают, завязка ослабевает». Когда человек засыпает, мышцы его тела расслабляются, в том числе и мышцы, контролирующие задний проход, и в результате из него выходят кишечные газы так, что человек этого не чувствует. Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сравнил глаз с завязкой, которой завязывают горлышко бурдюка. Когда глаза открыты, то задний проход как будто стянут верёвкой, так что если что-то выйдет, человек сразу чувствует, а когда глаза засыпают, то завязка ослабевает и содержимое бурдюка выходит наружу так, что человек этого не чувствует. Это точно подобранное Пророком (мир ему и благословение Аллаха) сравнение призвано приблизить постановление Шариата к человеческому разуму, и это очередное проявление дарованной Пророку (мир ему и благословение Аллаха) способности говорить кратко, вкладывая при этом в свои слова огромный смысл.
‘Ауф ибн Малик ибн ат-Туфайль рассказывает, что в своё время ‘Аише (да будет доволен ею Аллах), передали слова [её племянника] ‘Абдуллаха ибн аз-Зубайра (да будет доволен Аллах им и его отцом), сказавшего о продаже или дарении ‘Аишей [принадлежавшего ей]: «Клянусь Аллахом, либо ‘Аиша прекратит делать это, либо я помешаю ей!» Услышав это, она спросила: «Неужели он действительно сказал так?!» Люди сказали: «Да». Тогда она воскликнула: «Я даю обет Аллаху никогда не разговаривать с Ибн аз-Зубайром!» Когда со времени этого разрыва между ними прошло уже много времени, Ибн аз-Зубайр стал обращаться к людям с просьбами заступиться за него перед ‘Аишей, но она говорила: «Нет, клянусь Аллахом, я никогда не приму заступничества за него и не нарушу своего обета!» Тогда Ибн аз-Зубайр сказал аль-Мисвару ибн Махраме и ‘Абд-ар-Рахману ибн аль-Асваду ибн ‘Абд-Ягусу: «Заклинаю вас Аллахом привести меня к ‘Аише, ибо, поистине, не дозволено ей давать обет о разрыве со мной навсегда!» Тогда аль-Мисвар и ‘Абд-ар-Рахман взяли его с собой. Спрашивая разрешения войти к ‘Аише, они сказали: «Мир тебе, милость Аллаха и Его благословения, можно ли нам войти?» ‘Аиша сказала: «Входите». Они спросили: «Все мы?» Она сказала: «Да, входите все». Она не знала о том, что вместе с ними пришёл и Ибн аз-Зубайр. И когда они вошли в дом, Ибн аз-Зубайр, прошёл за занавеску, обнял ‘Аишу и принялся со слезами просить её о прощении. Аль-Мисвар и ‘Абд-ар-Рахман тоже стали просить её начать разговаривать с ним и принять его извинения, говоря: «Ты ведь знаешь, что Пророк (мир ему и благословение Аллаха) запретил мусульманам порывать друг с другом и что мусульманину не разрешается покидать своего брата больше чем на три дня!» И после того, как они напомнили ей об этом и о том, что нарушение этого запрета — грех, она стала напоминать им о своём обете, плакать и говорить: «Поистине, я дала такой обет, нарушение которого — тоже грех!» Однако они продолжали уговаривать ‘Аишу (да будет доволен ею Аллах) до тех пор, пока она не заговорила с Ибн аз-Зубайром, отпустив на волю сорок рабов в качестве искупления за нарушение своего обета. А когда она вспоминала о своём обете впоследствии, то всегда плакала так сильно, что покрывало её становилось мокрым от слёз.
Передал аль-Бухари
‘Абдуллах ибн аз-Зубайр (да будет доволен Аллах им и его отцом) услышал о том, что ‘Аиша (да будет доволен ею Аллах) очень щедра в своём даянии и пожертвованиях, и ему показалось, что она отдаёт слишком много. И он сказал: «Если она не перестанет делать это, я лишу её возможности распоряжаться её средствами!» Эти слова были очень жёсткими по отношению к Аише (да будет доволен ею Аллах), поскольку она была его тёткой по матери и отличались благоразумием, знаниями, выдержкой и мудростью, и ему не следовало говорить о ней подобное. ‘Аиша (да будет доволен ею Аллах) услышала об этом, поскольку некоторые люди, стремящиеся посредством сплетен портить отношения людей друг с другом, стали сплетничать об этом. И узнав о его словах, ‘Аиша (да будет доволен ею Аллах) дала обет никогда больше не разговаривать с ним — столь сильное впечатление произвели на неё его слова. И она прекратила общаться с ним. Очевидно, что её племяннику стало тяжко от этого. Он пытался вернуть себе её расположение, однако она упорно отказывалась от общения с ним, потому что считала, что обет — это очень серьёзно. Тогда он попросил помощи у двух человек из числа сподвижников Посланника Аллаха (мир ему и благословение Аллаха). И они применили хитрость, однако хитрость благую, потому что она нужна была для достижения благой цели — примирения людей. Они пошли к Аише (да будет доволен ею Аллах), поприветствовали её и попросили разрешения зайти, спросив: «Нам входить?» Она ответила: «Да». Они спросили: «Всем нам?» Она ответила: «Всем вам». При этом она не знала, что ‘Абдуллах ибн аз-Зубайр с ними. Но она не спрашивала: мол, нет ли с вами Абдуллаха ибн аз-Зубайра, и не расспрашивала, кто с ними, а просто сказала: «Входите вы все». Они вошли в дом, а ‘Аиша (да будет доволен ею Аллах) находилась за занавеской, которой она и другие матери верующих отделяли себя от посторонних. Это не тот хиджаб, который предписан всем женщинам, потому что обычный хиджаб предполагает покрытие лица и тела, а этот хиджаб должен был служить завесой между матерями верующих и людьми. И когда они вошли в дом Аиши (да будет доволен ею Аллах), ‘Абдуллах ибн аз-Зубайр зашёл за занавеску, потому что он был племянником Аиши, то есть её родственником категории махрам. Он обнял её, поцеловал и, плача, стал заклинать её Всемогущим и Великим Аллахом и предостерегать её от разрыва родственных связей и говорить ей, что этого делать нельзя. Однако она говорила: «Обет — это очень серьёзно!» Но потом эти два человека, в сопровождении которых пришёл ‘Абдуллах, убедили её отказаться от бойкота, которого она упорно придерживалась, напомнив ей о хадисе Пророка (мир ему и благословение Аллаха) о том, что верующему не разрешается покидать брата своего больше чем на три дня. В конце концов они убедили её, и она заплакала и заговорила с Абдуллахом ибн аз-Зубайром. Однако эта история оказала на неё сильное влияние, и она плакала всякий раз, когда вспоминала об этом случае, потому что событие это было тяжким для неё. Она освободила сорок рабов во искупление этого обета, дабы Аллах отдалил её от Огня — таким было её благочестие, поскольку для искупления обета достаточно освободить одного раба.
